Православная страна

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Православная страна » Полезно знать каждому верующему » Депрессия: грех или болезнь?


Депрессия: грех или болезнь?

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

Депрессия: грех или болезнь?

Депрессия, метко прозванная американскими специалистами «психическим насморком», распространяется в мире не менее активно, чем простуда в холода. По прогнозам Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), к 2020 году депрессия выйдет на первое место в мире, обогнав сегодняшних лидеров — инфекционные, онкологические и сердечно-сосудистые заболевания. Именно она будет убийцей номер один, потому что уже сегодня более половины всех суицидов на планете совершают люди, находящиеся в депрессии.

Несмотря на то, что депрессию называют «чумой двадцать первого века», это состояние известно ещё древнему человечеству. Самый ранний из дошедших до нас эпизодов, описывающих депрессию в современном её понимании, можно найти в Библии. Правда, тогда ещё не было ни слова «депрессия» (от лат. depressio — прижимать, угнетать), ни употреблявшегося ранее слова «меланхолия». Но всё, что происходило с первым царём иудеев Саулом, жившим в 11 в. до н.э., имело типичные признаки депрессии.

Это был гневный и мрачный человек — «от Саула отступил Дух Господень, и возмущал его злой дух от Господа» (1 Цар. 16: 14). Шло время, и Саула всё чаще одолевали приступы мрачного настрое-ния. «Отраднее и лучше» становилось ему, когда Давид играл на лютне. Но чёрная зависть к Давиду разъедает сердце Саула, всё больше страдает его самолюбие: всё, что с таким трудом доставалось Саулу, легко даётся Давиду. Его ранит то, что после победы над филистимлянами народ славит в песнях Давида: «Саул истребил тысячи, а Давид — десятки тысяч». Саул пытается убить будущего царя, бросая в него копьё.

В этой библейской истории чётко прослеживаются признаки, характерные для депрессии, — мрачное, подавленное настроение, агрессия, страх, ненависть, зависть. Также среди причин «депрессивного» настроения Саула — его чувство вины перед Господом, поскольку однажды он нарушил слово Господне. Всё это, в конце концов, приводит к тому, что Саул кончает жизнь самоубийством, бросившись на меч.

Многие места из Псалтири свидетельствуют о том, что и сам Давид также испытывал нападения тяжёлого уныния. «Нет мира в костях моих от грехов моих; я совсем поник, весь день сетуя хожу; я изнемог и сокрушен чрезмерно; кричу от терзаний сердца моего» (Пс. 37, 4-9). «Утомлен я воздыханиями моими, каждую ночь омываю ложе мое, слезами моими омочаю постелю мою» (Пс. 6,7).

Были знакомы с подобным чувством и древние греки. У многих философов можно найти рекомендации, как избежать и побороть меланхолию. Именно под таким названием на протяжении более чем двух тысяч лет была известна депрессия. Термин «меланхолия» впервые введён великим врачом древности Гиппократом (460-370 г. до Р.Х.), в переводе с греческого (melaina chole) он означает «чёрную желчь». Гиппократ видел причину огорчения, печали, недовольства, тревоги и страха в наполнении мозга «чёрной желчью».

В XVIII веке происходит смещение в оценке психических состояний: тосковать и скучать становится модно. Романтики начала XIX в. немыслимы без своей «мировой скорби». То, что некогда считалось смертным грехом, достойным осуждения, превратилось, как заметил О. Хаксли, сначала в болезнь, а затем в утончённую лирическую эмоцию, ставшую источником вдохновения для многих авторов.

Итак, стоит ли винить в распространении депрессии современный темп жизни с его информационным бумом, если история этого недуга уходит в глубину веков? Быть может, причина его кроется всё-таки в искажённой грехом душе, не изменившейся за последние тысячи лет?
ДЕПРЕССИЯ — медицинское понятие

Понятие депрессии, пожалуй, одно из самых широких в современной психиатрии. «У каждой душевной печали сто отражений», — сказал когда-то Шекспир. Порой мы употребляем слово «депрессия» в отношении плохого настроения или отрицательных эмоций, которые встречаются в жизни у каждого. Депрессия же — это длительное (от нескольких недель до нескольких месяцев и даже лет) подавленное состояние, сопровождающееся тоскливым настроением, замедленным мышлением и двигательной заторможенностью. К второстепенным проявлениям относят нарушенный сон, плохой аппетит, утрату прежних эмоциональных реакций, отсутствие интереса к жизни, мучительную нерешительность, ощущение собственной неполноценности, мысли о самоубийстве.

Медики различают невротическую депрессию (возникает в результате нервных потрясений, стрессов у психически здорового человека — смерть близкого, потеря работы,  конфликты в семье, одиночество, несбывшиеся мечты и проч.); соматогенную (психические нарушения в результате соматических, т.е. телесных, заболеваний, например, спустя 6-12 месяцев после инфаркта у 90% пациентов обнаруживается депрессия); эндогенную (её развитие не зависит от жизненных ситуаций, часто это наследственный недуг, могут наблюдаться и сезонные обострения); скрытую депрессию (проявляется в различных телесных недомоганиях, болях в сердце или в желудке, головных болях — то есть не телесная боль становится причиной депрессии, а сама депрессия проявляется болью).

Считается, что депрессия присуща талантливым людям. И это отнюдь не миф. Взаимосвязь творчества и продолжительного упадка настроения заметил ещё Аристотель. От визитов незваной гостьи страдали Линкольн, Черчилль, Хемингуэй, Гоголь, Эйнштейн, Бетховен, Бердяев, Пастернак и многие другие. «Великие люди должны чувствовать на земле великую скорбь», — писал и Достоевский. Однако психологи считают, что как раз процесс творчества освобождает личность от мощной депрессивной энергии.

В лечении большинства депрессий сегодня используют антидепрессанты. Но открыты эти лекарства были всего 50 лет назад. До этого против депрессии использовали самые невероятные средства: от кровопусканий, рвотных или слабительных препаратов до длительных погружений в холодную воду и наркотиков.

0

2

«ДЕПРЕССИЯ» равно «УНЫНИЕ»?

Отдаляясь от Бога на протяжении своей истории, человечество тем самым всё больше ограничивает себя рамками мира материального. Это естественный «прогресс» падшей души. Поэтому совершенно понятно, что и в оценке психических расстройств происходит полное пренебрежение духовным опытом. Когда речь заходит о депрессии, большинство светских людей даже не задумывается о том, что корни болезни могут находиться в их греховной жизни, в неисправленных и неосмысленных ошибках молодости, что таким образом на поверхность их сознания пробивается заглушённая когда-то совесть. И, наверное, можно предположить, что нынешнее распространение депрессии имеет своей причиной именно духовный упадок.

В православной же среде одна из самых распространённых ошибок, бытующих относительно депрессии, состоит в том, что этот недуг воспринимается только как духовная болезнь, порождённая грехом. Многие верующие изо всех сил пытаются соединить психотерапевтическое лечение с практикой церковной жизни. Результаты такого «мичуринского» метода нередко бывают трагическими.

«К сожалению, с подобной практикой, когда молитвы и Таинства «православные врачи» «прописывают» при различных, особенно душевных недугах, как какую-то, прости Господи, микстуру, в наши дни приходится сталкиваться всё чаще, — пишет в своей работе «Православие и психиатрия» Валерий Ильин. — А почему бы, прежде чем прибегать к такого рода новаторствам, зачастую, граничащим с кощунством и магическим восприятием церковных Таинств, не задаться вопросом: а что, собственно, плохого в том, что психотерапия, по выражению Фрейда, работает там, где нет Бога? Православная аскеза имеет своей целью уход от «мира сего», приближение человека к Богу и, в конечном счёте, соединение с Ним. Она служит средством к спасению души. Психотерапия же, если это на самом деле психотерапия, а не оккультная практика, ни в коем случае не претендует на спасение души. Её задача — помочь человеку жить в этом мире, мире безбожном, не превращаясь окончательно в хищных волков или в скотов».

Безусловно, как отмечают специалисты, воцерковление не только полезно, но и необходимо при лечении душевных расстройств, как, например, необходимы физические нагрузки после переломов. Но полезны они только тогда, когда человек хочет и способен им следовать. Ведь ни один врач не станет прописывать усиленную зарядку тому, кто лежит с сотрясением мозга. А вот ревнители веры вполне могут настоять, чтобы больной депрессией вычитал длинное непонятное молитвенное правило.

В «Основах социальной концепции Русской Православной  Церкви», принятых в 2000 году, рекомендуется разграничивать депрессию как страсть и депрессию «от естества», т.е. как психическое заболевание: «Церковь рассматривает психические заболевания как одно из проявлений общей греховной повреждённости человеческой природы. Выделяя в личной структуре духовный, душевный и телесный уровни её организации, святые отцы различали болезни, развившиеся «от естества», и недуги, вызванные бесовским воздействием либо ставшие следствием поработивших человека страстей».

Действительно, в православной аскетике очень много внимания уделено страсти уныния («уныние» — в переводе с греч. аcedia, буквально «не старание, не труд» — беспечность, нерадивость, расслабление). Святые отцы, подвизавшиеся в пустынях и скитах, в отдалении от мира и даже от себе подобных монахов, отмечают, что уныние — одно из главных и неотъемлемых искушений такой жизни. Особенный пик страданий приходится на полдень, когда жара достигает своего апогея, до трапезы ещё далеко (монахи кушали один раз в день — вечером), а молиться уже нет сил. Нападая на душу инока, уныние внушает ему омерзение к своей келье и братьям. Возникает отчаянная мысль, что все усилия напрасны, никогда не достигнуть спасения и прощения грехов. Такому монаху хочется оставить свою келью, пойти в гости к другим инокам, заняться делами милосердия, а то и вовсе бросить свой подвиг. Преподобный Иоанн Лествичник даже описывает физические страдания того, кто впал в уныние. «Бес уныния производит трёхчасовое дрожание, боль в голове, жар, боль в животе; когда же настанет девятый час, даёт немного возникнуть; но потом, в час молитвы, снова отягощает тело; стоящих на молитве он погружает в сон, и в безвременных зеваниях похищает стихи из уст».

В понимании святых отцов, уныние нераздельно связано с ленью. Потому одним из главных средств в борьбе с этой страстью, кроме молитвы и послушания, считается рукоделие. Иоанн Кассиан Римлянин рассказывает о неком авве Павле, опытнейшем между отцами. Будучи обеспечен плодами пальм и маленьким садиком, он не имел нужды в пропитании. Однако Павел собирал пальмовые листья и каждый день заставлял себя заниматься плетением, как будто этим он должен содержаться. Когда за целый год пещера наполнялась разными изделиями, он, разложив огонь, всё это сжигал. Работа нужна была ему для очищения сердца, собранности помыслов, постоянного пребывания в келье и преодоления уныния. Ведь, по наблюдению св. Иоанна Лествичника, тяжесть этого греха состоит в том, что «каждая из прочих страстей упраздняется одною, какою-нибудь противною ей добродетелью; уныние же для инока есть всепоражающая смерть». Но победа над ним даёт и больше всего венцов.

Как видим, духовное понятие страсти уныния частично перекликается с медицинским диагнозом «депрессия». Однако, как верно заметил психиатр Валерий Ильин, эти понятия из совершенно разных плоскостей. Каждый конкретный случай должен рассматриваться всесторонне и очень аккуратно. Некоторые специалисты склонны ассоциировать невротическую депрессию с унынием, рекомендуя в лечении использовать преимущественно духовные средства. Такого мнения придерживается известный в православной среде врач Дмитрий Авдеев. Однако он призывает при этом не игнорировать и курс общеукрепляющей терапии, отдых, физическую активность, свежий воздух и достаточный сон. В отношении других депрессий этот доктор считает, что они не могут быть излечимы без медикаментов, а часто и госпитализации. Попытки ограничиться лишь наставлениями, увещеваниями практически безрезультатны. Оценивать такого рода депрессию как греховную страсть — неверно. Это болезненное состояние.

Однако какого бы рода депрессия ни постигла человека, к каким бы лекарствам — духовным или медицинским — ни пришлось прибегнуть, никогда нельзя терять надежду. В этом однозначно сходятся и психиатры, и святые отцы. Ведь надежда — это то, на что в первую очередь посягает недуг, всё больше и больше увлекая человека в трясину переживаний, сомнений, отчаяния. Ведь надежда — это то благое проявление человеческой воли, которое всегда связывает нас с Врачом душ и телес, помогая Ему освобождать нас от страданий.

0


Вы здесь » Православная страна » Полезно знать каждому верующему » Депрессия: грех или болезнь?